Психолог Ирина Медведева прокомментировала предложение «правозащитников» ввести в России закон о домашнем насилии …

В «Российской газете» опубликована статистика Национального центра по предотвращения насилия «Анна», в которой говорится, что за год от рук мужей и сексуальных партнеров погибает примерно 10 000 россиянок, пишет Newsru.com. Получается, если верить этим данным, что примерно через каждый час погибает одна россиянка. Эксперты отмечают, что в США при населении более 300 млн человек погибает только 3 000 женщин от мужей и сексуальных партнеров.
По мнению экспертов, для изменения ситуации следовало бы принять в России закон о домашнем насилии, однако этому мешает традиционный российский менталитет. Авторы исследования считают, что «общество с патриархальными устоями принижает ценность своих женщин и посмеивается над мужененавистницами и феминистками Запада». Кроме того, в исследовании также отмечена тенденция, что многие женщины терпят насилие со стороны мужей, потому что они хотят сохранить семью.
Существует ли в действительности в России такая проблема, и если да, то как ее решать? Что остается делать женщине, если ее избивает муж, куда идти, что делать? На эти вопросы в интервью «Русской народной линии» отвечает известный психолог, директор Института демографической безопасности, член Союза писателей России Ирина Медведева. 
Я, как детский психолог, постоянно общаюсь с мамами своих пациентов, которые чаще всего бывают чьими-то женами, хотя нередко и растят своих детей одни. Нередко я слышу такие признания, хотя и не так часто, как нас принято теперь уверять. Я вообще-то этой статистике не верю.
Мы знаем, что когда надо продавить какой-то закон, который требует принять или Совет Европы, или еще какая-нибудь международная организация, которая сильно влияет на нашу жизнь и, в особенности, на наше законодательство, то составляется любая статистика. Ее цель - убедить людей, которые теперь проявляют здоровую активность при противодействии вредоносным законам, убедить общество, что принять данный закон необходимо.
То нас уверяли, что насилие в семье над детьми – очень частое явление. Но когда была предоставлена соответствующая статистика, то наши эксперты подсчитали, что насилие над детьми в семье составляет менее одной сотой процента. Я боюсь, что схожая ситуация на самом деле наблюдается и по отношению к женам, хотя, конечно же, мужья с женами и так называемые партнеры с партнершами дерутся чаще, чем проявляется насилие в семье по отношению к детям.
Но, с другой стороны, взрослая женщина – это не ребенок, и надо еще выяснить, в чем тут причина. Очень часто сама женщина нарывается на такие драки. В драке женщины также могут полноценно участвовать, и это тоже следствие феминизма, распространяемого у нас в России. Это раньше можно было себя представить женщину как слабое, смиренное, беззащитное существо, которое полностью подчинено мужу. Женщины, которые вместо мужа избирают себе сексуальных партнеров, уже мало соответствуют своему классическому облику. Поэтому видеть в них только жертву насилия неправильно. Они это насилие не только нередко провоцируют, в частности, выпивая вместе со своими мужьями или партнерами, но и являются партнерами по насилию. Это насилие – очень часто не монолог, а диалог.
Что делать женщинам, которые часто терпят побои со стороны мужей или партнеров? Прежде всего, надо делать все для того, чтобы мужья не смотрели телевизор и не смотрели всякие гадкие фильмы, которые провоцируют насилие, по видео. И надо сделать все, чтобы средства массовой информации перестали провоцировать насилие, потому что у нас этих насильников сначала долго выращивают, а потом долго думают, какие бы принять законы, чтобы они это насилие сократили. Но надо просто перестать плодить насильников.
Во-вторых, очень часто такие мужчины являются душевнобольными. Но у нас теперь, как и на Западе, уже настолько соблюдаются права душевнобольных, что они уже могут не быть пациентами психиатрических клиник по своему желанию. Нередко эти тяжелобольные люди снимаются с учета в психдиспансере по собственному желанию или вообще не ставятся даже на учет, а любой психически нездоровый человек, особенно тяжело душевнобольной, считает себя здоровым, так же, как любой алкоголик считает себя не алкоголиком, а нормальным человеком.
Вызвать психиатрическую помощь, которую раньше можно было вызывать в случае психопатических агрессивных выбросов со стороны мужчины, теперь невозможно. Пока он не разрубит тебя пополам топором, ты не можешь вызвать психиатрическую помощь, точнее, ты можешь ее вызвать, но она к тебе не приедет. Так что надо вернуть принудительное лечение душевнобольных, что тоже очень важно. Почему-то наши «правозащитники» об этом не думают – не думают они ни о средствах массовой информации, которые провоцируют агрессию, ни о том, чтобы вернуть в стране положение, которое позволяет человека, ведущего себя, как псих, отправить в психиатрическую клинику. Надо об этом, прежде всего, думать. Это будут самые лучшие меры от семейного насилия.
А закон о насилии над женщинами в семье, конечно, сейчас принимать нельзя, потому что мы уже знаем, что это только дымовая завеса – разговор о том, что такой закон защитит женщину от бытового насилия. На самом деле это будет способ шантажа, способ обвинения невиновных людей, потому что понятие «насилие» сегодня, как мы знаем, может включать в себя все, что угодно, в том числе многое из того, что никакого отношения к реальному насилию не имеет.
Так что те «правозащитники», которые очень сильно переживают по поводу наших бедных женщин, пусть позаботятся о том, чтобы у нас перестали искусственно выращивать насильников.