Возрождение Русской деревни и общины личностей путь к процветанию России
Пути города и деревни
|
О |
дними из самых серьезных проблем современной России нам представляются деиндустриализация городов (значит и страны) и вымирание деревни. Если с первой всё более-менее ясно (деиндустриализация – следствие приватизации и олигархической «рыночной» экономики), то понять состояние деревни и причины ее проблем сложнее. Лишь относительно недавно стали появляться серьёзные социологические и психологические исследования современной русской деревни, которые дают неожиданную, но стройную картину. Перед тем, как перейти к таким данным и сделать выводы, сделаем экскурс в историю.
Корни современных проблем деревни уходят в конец 19 - начало 20 века. Половинчатая реформа Александра II по освобождению крестьян и начало индустриализации Российской Империи привели к тому, что в начале века крестьянский вопрос стоял очень остро, а для полноценной индустриализации страны нужны рабочие, которых в городе не было. Сразу же выделим несколько проблем, сопровождающих индустриализацию
России:
1) Где взять рабочие руки в достаточном количестве для развития и обслуживания промышленности?
2) Как проводить индустриализацию?
3) Как решить крестьянский вопрос? Эти вопросы и были главными движителями истории России на протяжении первой половины 20 века, и оттого, как они решались и возникли те результаты, которые мы теперь видим.
Если обобщать, то назрела явная необходимость экономического преобразования страны из крестьянской в индустриальную. Как её пытались решить в Российской Империи? Так как рост внутреннего промышленного ресурса был недостаточен, а русская хлебопродажа не могла материально обеспечить индустриализацию, то с подачи Сергея Витте было решено сделать ставку на иностранный капитал. В результате РИ смогла выстроить значительное количество заводов, но эта политика привела к несоразмерно большой доле иностранного капитала в промышленных предприятиях. И даже этих инвестиций не хватало: РИ активно занимала за границей, что привело к созданию большого внешнего долга.
Положение в русском селе было необычным: традиционная община сохранилась, а освобождение крестьян без нужного количества для ведения сельского хозяйства земли привело к значительному разложению крестьянства: те, кто похитрее, вырывались вперёд и либо шли в купцы и промышленники, либо становились зажиточными крестьянами. Таким образом, около 2/3 отечественного капитала сформировали выходцы из селам - старообрядцы. Экономические интересы иностранных инвесторов и отечественного капитала расходились, что вело к конфликту и стало одной из причин Февральской революции.
Промышленности отчаянно не хватало рабочих рук, и было очевидно, что взять их можно только из деревни. В отношении деревни было две позиции: сохранять или разрушать общину? Сторонники сохранения выступали за то, что Россия должна остаться крестьянской по духу страной, а противники исходили из того, что нужно создать эффективного единоличника, а те, кто не смогли бы стать такими, пошли бы в рабочие. Именно такую политику стал проводить Пётр Столыпин, но она привела к иным результатам: община не распалась, лишь малая толика крестьян ушла в город. Не возникло ни массовой рабочей силы, ни массового единоличника. Реформа уже к моменту убийства Столыпина была очевидна провалена. Отсутствие мощной индустрии, нерешённость социальных проблем (прежде всего крестьянской) и стала причиной аж двух последующих революций.
После Гражданской войны, а также завершения внутрипартийной борьбы в СССР к концу 20-ых вопрос экономического рывка встал ещё острее. Изменилось и крестьянство: НЭП привёл к осуществлению цели Столыпина, исчезла община, сплошь единоличники, но сознание осталось старым, а расслоение среди крестьянства было страшным. Зажиточные крестьяне, которые теперь так восхваляются, на деле занимались в основном ростовщичеством, перекупкой и продажей хлеба, а также нанимали батраков. В то же время было очевидно, что скоро война и стране нужна современная тяжёлая промышленность в кратчайшие сроки. Так что НЭП был обречен. К тому же Великая Депрессия отрезала СССР доступ к долгосрочным кредитам. Поэтому у сталинского руководства оставался только один выход: форсированная индустриализация, и продажа хлеба и всех возможных ресурсов (включая предметы искусства) за границу. Вдобавок зажиточные крестьяне, контролирующие хлебный рынок, отказались продавать государству хлеб дешёво (кризисы хлебозаготовок), что и дало повод к началу коллективизации. Сплошной вывоз хлеба, перестройка системы сельского хозяйства, а также засуха привела к голоду на большой территории. Взамен СССР смог расплачиваться по краткосрочным кредитам, а также строить нужные заводы, и получил для них рабочую силу. В колхозах не давали паспорта, чтобы избежать пауперизации городов и их перенаселения. В итоге, страна за 5 лет совершила требуемый рывок, но деревня понесла колоссальные потери. К 1941 году ситуация в деревне стала достаточно приличной и даже обнадёживающей, но война вновь нанесла колоссальный урон. После войны был голод 1946-1947 годов, после которого на деревню вновь начал давить Сталин: ради военных нужд он стал с каждым годом увеличивать сельхозналоги. К 1953 году ситуация стала очень плохой. После смерти Сталина надежда крестьян была связана с Георгием Маленковым, который снижал сельхозналоги, а также выступал за увеличение средств, вкладываемых в деревню. Но он проиграл партийную борьбу Хрущёву, который направил деньги на проваленную целину, а затем нанёс самый мощный удар: агрогорода. Переселение крестьян в агрогорода сопровождалось и наступлением на приусадебные участки, что привело к тому, что на селе не осталось вскоре рабочих рук, а уже в начале 60-ых СССР был вынужден закупать зерно за границей. Обратные реформы Брежнева не смогли изменить ситуацию. Всё это привело к перенаселению городов.
Теперь проблемы городов осложнилась перманентной деиндустриализацией РФ, разрухой малых городов, а также созданием избыточной рабочей силы в сфере услуг. Русская деревня вся практически обезлюдела. Самое страшное последствие вымирания деревни это тот факт, что Россия стала зависимой от иностранного продовольствия, которого с каждым годом на прилавках магазинах всё больше. Ещё одно опасное последствие вымирания деревни – это то, что помимо неосвоенного, огромного пространства Сибири запустевает европейская часть России, а это - демографическая катастрофа и вопрос удержания территории, на которой мы жили испокон веков. В противовес вымирающей деревне мы видим жирующие перенаселённые мегаполисы и перенаселённые депрессивные города, заполненные безработными. В городах всегда был малый прирост населения, теперь же огромную городскую массу все более разлагает либеральная идеология, делая её нерепродуктивной.
Отсюда вывод: в городах русскому народу – смерть; такой огромной стране, если у неё почти всё население сосредоточено в городах – смерть. Только тогда, когда основная масса населения вернётся к земле, мы можем говорить о реальном будущем России. Только при таком условии мы сможем заново освоить европейскую часть страны, а также получить продовольственную независимость и решить проблемы городов. Но теперь вопрос - как отправить эти городские массы обратно?
Вернёмся к началу статьи.
Психосоциологические исследования современного русского человека из деревни проводят, как правило, частные кампании, многие из них – иностранные. Сознание крестьянина за суровый век практически не изменилось: люди также предпочитают решать дела деревни сообща, не привыкли к чужому вмешательству в дела деревни, и их не сильно волнуют материальные стимулы. Мы видим тот же образ общинника, что был и раньше: русского человека больше волнует справедливость. Наблюдательный человек обязан заметить, что и городской человек в России во-многом такой же общинник. Мы все вышли в основном из крестьянской массы, и по сути мало отличаемся от предков. Это отразилось даже в градостроительстве: в России предпочитают строить большие дворы у домов, в отличии от Запада. Так что можно констатировать факт нашей уникальности: у нас нет подавляющего восточного коллективизма, нет и эгоистичного западного атомизма, но есть община личностей. От этого факта и надо отталкиваться.
Чтобы вернуть людей к земле, нужна мобилизация, нужна русская идеология и кадры, и вот тогда мы сможем совершить русский великий перелом: мы переселим этот избыток людской массы в деревню, мы её восстановим, отстроим заново. Только тогда, когда огромные земли Европейской России будут вновь обустроены и распаханы, а деревни вновь наполняться людьми и созидательной жизнью, мы сможем говорить о том, что Россия принадлежит нам, о том, что мы имеем продовольственную независимость. Эта жизнь должна быть организована на русском самосознании, а оно допускает только одно: нужно заново создать общину, но это должна быть новая община, устроенная на реальной власти народа: община сама будет избирать себе руководителей, а также распределять землю между общинниками. Единственное, что будет обязана община - это поставлять определённую норму сельхозпродукции в города. Город же обязан дать селянам образование и прежде всего воспитать профессионалов.
В завершение скажем, что возврат русского народа к земле создаст демографический бум, и новое возрождение культуры, ибо культура русская вырастает из деревни. Русская культура всегда переживала подлинный расцвет, когда представители культурной элиты обращались к народной кладези. Естественно, и многие городские проблемы решатся возвращением избытка людей к земле. И только тогда, когда мы вновь освоим наш хартленд, мы можем приниматься за реальное обустройство Сибири и Дальнего Востока.
Виссарион Карамазов