Будни Моксвабада
На станции метро Проспект Мира и Комсомольской (кольцевой и радиальной) вчера в течении двух часов наблюдал странную вещь – группы азиатов и кавказцев роились, периодически рассыпаясь по вагонам, затем возвращаясь обратно, постоянно кому-то названивали. Совершенно непонятно, что это, зачем и вообще часто такое происходит?
Я заподозрил, что это карманные воры, которые в толкучке отжимают мобильники и кошельки у гостей столицы.
Особенно приятно было видеть, как дежурный мент по станции подходил к ним, здоровался и шутковал.
Я заподозрил, что это карманные воры, которые в толкучке отжимают мобильники и кошельки у гостей столицы.
Особенно приятно было видеть, как дежурный мент по станции подходил к ним, здоровался и шутковал.
Пост зрел давно, ибо проблему в газете поднимали ещё в конце осени. Воз и нынче там, хоть и в меньших масштабах после теракта.
Кратко: на станции Комсомольская, вот уже более полугода зияет дыра для терроризма, коррупции итп итд. Если разрешено это, то в чём проблема пронести сумку с гексогеном???
Здесь открыта настоящая биржа нелегалов: в продаже наркотики, поддельные документы (особый спрос на паспорта РФ), дипломы, аттестаты, права, и прочие курьерские услуги.
Кратко: на станции Комсомольская, вот уже более полугода зияет дыра для терроризма, коррупции итп итд. Если разрешено это, то в чём проблема пронести сумку с гексогеном???
Здесь открыта настоящая биржа нелегалов: в продаже наркотики, поддельные документы (особый спрос на паспорта РФ), дипломы, аттестаты, права, и прочие курьерские услуги.
Заснять момент передачи чего либо очень трудно - на станции постоянно находится порядка 50 человек с ролями наблюдателей, курьеров, звонильщиков итп итд - человека с камерой замечают очень быстро. Не нравится это и сотрудникам правопорядка станции запрещающей фотосъёмку (хотя по закону снимать можно, а в данном случаи нужно, к чему москвичей и призываю).
Здесь своя знаковая система, руки за спиной, у подбородка, ноги крестом итп итд
То, что азиатские и кавказские «гости столицы» рано или поздно обзаведутся чем-то вроде биржи, можно было понять ещё несколько лет назад, когда уже стало ясно: их число не уменьшится, а будет только возрастать. Потребность в обмене информацией и специфическими услугами свойственна всякому, кто оказался в чужих краях и может надеяться лишь на «своих». Главное, чтобы об этом не догадывались граждане той страны, где «гости» решили так или иначе осесть. Решение было найдено. Где прячут дерево? Разумеется, в лесу. Где можно спрятать незаконный, но ювелирно работающий «офис»? Там, где много людей, которые ни на кого, кроме себя, любимого, не обращают внимания. То есть в московском метрополитене, на одной из самых оживлённых станций. В нашем случае - на «Комсомольской»-радиальной.
То, что азиатские и кавказские «гости столицы» рано или поздно обзаведутся чем-то вроде биржи, можно было понять ещё несколько лет назад, когда уже стало ясно: их число не уменьшится, а будет только возрастать. Потребность в обмене информацией и специфическими услугами свойственна всякому, кто оказался в чужих краях и может надеяться лишь на «своих». Главное, чтобы об этом не догадывались граждане той страны, где «гости» решили так или иначе осесть. Решение было найдено. Где прячут дерево? Разумеется, в лесу. Где можно спрятать незаконный, но ювелирно работающий «офис»? Там, где много людей, которые ни на кого, кроме себя, любимого, не обращают внимания. То есть в московском метрополитене, на одной из самых оживлённых станций. В нашем случае - на «Комсомольской»-радиальной.
Когда вас здесь случайно толкнут по коленям огромными синтетическими клетчатыми сумками под названием «мечта оккупанта», не ругайтесь понапрасну. Приземистые золотозубые барышни, что их несут, всего лишь выполняют свой служебный долг. Группы смуглых и очень смуглых молодых людей в джинсах с поддельными лейблами и неподдельной ненавистью в глазах, тоже не хотят вам помешать. Они лишь стоят на посту. Равно как и те, кто, дежуря группками по трое-четверо, взирает на них с галереи этой очень комфортной станции московской подземки. А то, что все они непрерывно болтают, бегают, шлют сообщения по мобильнику и отчаянно жестикулируют, - тем паче часть их рабочей деятельности.
Вот, например, меняют российский паспорт на какие-то бумажки. А эти самые бумажки - на некий товар, который сразу прячется в карман. Тут иной пассажир-покупатель оторвётся от сделки, отвернётся к стене и остервенело нюхнёт чтот со сгиба ладони. Или украдкой сунет за щёку насвай. Если же происходит какая-то заминка, наблюдатели сигналят барышням с сумками, которые устраивают классический галдящий завал, позволяя своим безболезненно скрыться. Кстати, те, кто толкает товар, несколько раз на моих глазах подходили к сумочницам и затаривались новой порцией. Механизм эффективный - тётки являются не только группой прикрытия, но и мобильным складом. «Толкачам» тоже прямая выгода - за руку с товаром их при такой схеме поймать гораздо сложнее.
Потенциальные «ловцы» - милиционеры - на эту бурную кипучую деятельность внимания обращают мало. Либо намеренно не замечают, что творится вокруг. Во всяком случае, мне попались именно такие блюстители порядка. На вопрос «А что это вообще здесь происходит?» ответ оказался парадоксальным: «А чёрт его знает! Мало ли… Порядка не нарушают, не дерутся, не грабят… А тебе что, больше всех надо?»
Нет. Мне нужно, чтобы правила пользования Московским метрополитеном были обязательны для всех. Либо уж если кто-то безнаказанно нарушает пункт 2.11.14: «Запрещается использовать территорию метрополитена для занятий предпринимательской и иной деятельностью без письменного разрешения руководства метрополитена, а также торговать с рук в неустановленных местах».
Нет. Мне нужно, чтобы правила пользования Московским метрополитеном были обязательны для всех. Либо уж если кто-то безнаказанно нарушает пункт 2.11.14: «Запрещается использовать территорию метрополитена для занятий предпринимательской и иной деятельностью без письменного разрешения руководства метрополитена, а также торговать с рук в неустановленных местах».
По работе почти каждый день бываю на «Комсомольской». На станции по-прежнему вовсю работает эта система.
Вообще, говоря о проблеме миллионов мигрантов, хлынувших в эрэфию непрерывным потоком, нужно понимать, что здесь не только интересы коррумпированного россиянского строительного бизнеса или таких же коррумпированных коммунальных служб, которые кладут к себе в карман прибыли из доходов от дешевого труда. И не только специфический интерес еврейской либеральной общественности, которая занимается идеологическим обеспечением политики замещения русских, рассматривая такую политику как один из наиболее эффективных механизмов уничтожения русского народа. Здесь еще и очень серьезный интерес ментов и чекистов, которые крышуют все это чурбанье, равно как и криминальный бизнес (проституцию, наркоторговлю, незаконное пересечение границы, изготовление подложных документов и т.д.), который повсюду сопровождает эти миграционные потоки.
То есть, в сущности, проблема миграции - это проблема всего режима эрэфии, в которой, как в капле воды, отражена вся его криминальная и антинациональная сущность. И решить эту проблему станет по-настоящему возможно только после падения чекистско-олигархического режима, созданного в свое время Ельциным и его окружением.
То есть, в сущности, проблема миграции - это проблема всего режима эрэфии, в которой, как в капле воды, отражена вся его криминальная и антинациональная сущность. И решить эту проблему станет по-настоящему возможно только после падения чекистско-олигархического режима, созданного в свое время Ельциным и его окружением.